![](News/tolstoй.jpg) | На 8-м Всероссийском съезде советов в 1936 году В.М.Молотов произнес в своей речи: «Передо мной выступал всем известный писатель А.Н.Толстой. Кто не знает, что это бывший граф А.Толстой? А теперь? Один из лучших и один из самых популярных писателей земли советской — товарищ Алексей Николаевич Толстой. В этом виновата история. Но перемена-то произошла в хорошую сторону. С этим согласны мы вместе с самим А.Н.Толстым».
Толстой всегда боготворим или проклят. Слишком много природа намешала в этой мятежной душе – цинизм и великодушие, жадность и щедрость, дружелюбие и барственную спесь, страстное желание быть свободным и не менее настойчивую готовность приспособиться и выжить назло всем смертям. Но, самое главное, природа одарила его необычайным литературным талантом. Он понимал это и был благодарен судьбе и Богу. Мог менять страны, жен, противоборствующие лагеря, собственное мировоззрение. Никогда не изменял своему призванию – литературе. Ей служил верно, преданно, фанатично, рабски. ... в гостях напивался и объедался, по его собственному выражению, до безобразия, проснувшись, на другой день, тотчас обматывал голову мокрым полотенцем и садился за работу: работник был он первоклассный. - так вспоминал о нем Бунин. Его часто порицали, но любили и прощали. Любили неосознанно, почти против своей воли. Наверное, считал его будущий биограф Варламов, в Толстом была ... природная русская сила, напор, - свидетельство неуничтожимости, физического бессмертия нашего народа. В нем люди видели себя со всеми своими достоинствами и недостатками. … веселый, интересный собеседник, отличный рассказчик, прекрасный чтец своих произведений, восхитительный в своей откровенности циник; был наделен немалым и очень зорким умом, хотя любил прикидываться дураковатым и беспечным шалопаем, был ловкий рвач, но и щедрый мот, владел богатым русским языком, все русское знал и чувствовал, как очень немногие… По наружности он был породист, рослый, плотный, бритое полное лицо его было женственно, пенсне при слегка откинутой голове весьма помогало ему иметь в случаях надобности высокомерное выражение; одет и обут он был всегда дорого и добротно, ходил носками внутрь, - признак натуры упорной, настойчивой, - постоянно играл какую-нибудь роль, говорил на множество ладов, все меняя выражение лица. Это снова Бунин. Безмерно одаренный, он умел писать увлекательные книги. В самых разных жанрах: от детских сказок до фантастики и исторических романов. В стиле увлекательного романа, то плутовского, то детективного, то поднимавшегося до высот настоящей трагедии он прожил и собственную жизнь. 1. Тайна рождения. Драматичным было уже появление юного графа на свет. Кстати, графом он стал гораздо позже, когда ему исполнилось 17 лет. А до этого времени на юном Алеше лежало клеймо «незаконнорожденного». Мать, Александра Леонтьевна, урожденная Тургенева, ушла от нелюбимого деспотичного мужа, оставив троих детей и будучи беременной четвертым. Тем не менее маленький Алеша вырос в атмосфере любви и ласки. Мать, профессионально занимавшаяся литературой, приохотила его к чтению. Воспитывали мальчика заменивший отца отчим Алексей Аполлонович Бостром и… природа. Оглядываясь, думаю, что потребность в творчестве определилась одиночеством детских лет: я рос один в созерцании, в растворении среди великих явлений земли и неба. Июльские молнии над темным садом; осенние туманы, как молоко; сухая веточка, скользящая под ветром на первом ледку пруда; зимние вьюги, засыпающие сугробами избы до самых труб; весенний шум воды, крик грачей, прилетавших на прошлогодние гнезда; люди в круговороте времени года, рождение и смерть, как восход и закат солнца, как судьба зерна; животные, птицы; козявки с красными рожицами, живущие в щелях земли; запах спелого яблока, запах костра в сумеречной лощине; мой друг Мишка Коряшонок и его рассказы; зимние вечера под лампой, книги, мечтательность (учился я, разумеется, скверно)… Вот поток дивных явлений, лившийся в глаза, в уши, вдыхаемый, осязаемый… Я медленно созревал... 2. Дело жизни. Наконец, созрев, он должен был решить, чем собирается заниматься в жизни. Дед по материнской линии, А.Ф Багговут, генерал от кавалерии прочил ему карьеру морского офицера, предлагая отдать в Морской корпус. Дальних морских путешествий в жизни Алексея не случилось. Но форменную фуражку он все-таки надел, став студентом механического факультета Технологического института. Студент из него вышел неважный, впрочем, как и художник. Такая попытка тоже предпринималась. Из вас кроме ремесленника ничего не получится. Художником вы не будете. Занимайтесь лучше литературой - посоветовал ему его преподаватель знаменитый Леон Бакст. Это решило дело, Толстой стал литератором. Я любил тетради, чернила, перья… 3. Поиск жанра. Дело оставалось за малым: найти свой путь, свой жанр, нащупать свой почерк. Это было непросто. Манили восхитительные соблазны Серебряного века. Символизм, акмеизм, футуризм. Литературные течения, диспуты, споры, скандалы, дуэли, пощечины, любовь, женитьбы. Жили в неистовом напряжении, в вечном возбуждении, в обостренности, в лихорадке. Жили разом в нескольких планах. В конце концов, были сложнейше запутаны в общую сеть любвей и ненавистей, личных и литературных — писал позднее в своих мемуарах Ходасевич. Жизнь закручивала в стремительный водоворот. И все-таки Толстому удалось выплыть, причалить к берегу. Жаль будет, если Алексей Толстой окажется лишь временным гостем в поэзии, если романист и рассказчик похоронит в себе рано умершего поэта, как это часто случается с беллетристами - провидчески сокрушался его приятель Максимилиан Волошин. Он оказался прав. Толстой в конце концов перекочевал к беллетристам, выбрав для себя в качестве основного жанра - прозу.
4. Жизнь - главный сюжет. Из всех русских писателей Толстой на редкость выделяется чувствительным обожанием жизни - заметит впоследствии К. Федин. Это «чувствительное обожание жизни» введет его в мир литературных элит обеих столиц, едва ли не раньше, чем он напишет что-то стоящее. Его ранние стихи признают «бескрасочными и худосочными», но мэтры, очевидно, почувствуют в нем самом, в его обаянии «гармоничный, счастливый, нисколько не напряженный талант». Он не обманул их ожидания, быстро набираясь опыта и мастерства. Позже он напишет: Мне казалось, что сначала нужно понять первоосновы – землю и солнце. И, проникнув в их красоту через образный язык, простой и сильный народный язык, утвердить для самого себя, что да и что нет… Учится он активно, много читает. Русский фольклор, сказкам, песням, судебные акты XVII века, сочинения Аввакума. И пишет, пишет, пишет. Работает, буквально не разгибая спины. Его положение стремительно упрочнялось. Но жизнь внесла свои коррективы. Началась первая мировая война, а потом грянула революция. Февральскую революцию Толстой примет ее восторженно, но графский титул вскоре окажется опасным наследством. Я слабость к титулам питаю И этот граф мне по нутру Но всех сиятельств уступаю Его сиятельству - костру! Экспромт – предупреждение от Маяковского, вероятно, не сыграл решающей роли в принятии решения, не и уверенности в завтрашнем дне не прибавил. Толстой с семьей оказался в эмиграции. Час был тяжелый. Но тогда точно ветер подхватил нас, и опомнились мы скоро, уже на пароходе. Что было перетерплено ‒ не рассказать 5. Эмиграция. Туда и обратно. Это был самый тяжелый период в моей жизни… Не смотря на это, а может быть именно вследствие этого, время, проведенное в эмиграции, стало для писателя очень плодотворным. Первая книга «Хождения по мукам», рассказы, повести, восхитительное «Детство Никиты» были написаны в эмиграции. Но все это было создано на старом запасе воспоминаний, впечатлений, вынесенных из прошлой российской жизни. Талант писателя заявлял свои права, диктовал свои условия. Жить без родины, без России, без русского языка для Толстого было равносильно творческому самоубийству. Он пойдет на риск и одним из первых в 1923 году вернется в Советскую Россию. Мне, по крайней мере, кажется, что сговор Толстого с большевиками был в значительной степени продиктован ему живой тоской по России, правильным чувством, что, в отрыве от ее стихии, природы и языка, он как писатель выдохнется и пропадет. Человек, совершенно лишенный духовной жажды, но наделенный ненасытной жадностью души и тела, глазастый чувственник, лишенный всяких теоретических взглядов, Толстой не только по расчету возвращался в Россию, но и бежал в нее, как зверь в свою берлогу. Может быть, я идеализирую Толстого, но мне и поныне верится, что его возвращение было не только браком по расчету с большевиками, но и браком по любви с Россией - так писал, пытаясь разобраться в произошедшем Федор Степун. 6. Возвращение Красного Графа. Начнется самый неоднозначный, возможно, самый сложный, самый авантюрный, самый трагичный период его жизни. Красный граф, как его называли, успешный, обласканный властью, а по сути, канатоходец, балансирующий над бездной. Приходится, действительно, быть акробатом. Мишка Шолохов, Сашка Фадеев, Илья Эренбург - все они акробаты. Но они - не графы. А я - граф, черт подери! И наша знать (чтоб ей лопнуть!) сумела дать слишком мало акробатов! Понял? Моя доля очень трудна... Что это? Исповедь или болтовня? - спросил я. Понимай, как хочешь, - ответил Толстой
Такое откровение писателя вспоминал художник Юрий Анненков. http://az.lib.ru/t/tolstoj_a_n/ 73 | Просмотров: 483 |
место для рекламы 1
| ![](News/tolstoй 2.jpg) | 6. Творчество. Толстого всегда спасали «фирменное толстовское» жизнелюбие, здоровый, а может быть и нездоровый цинизм, неистребимое чувство юмора, но, в первую очередь, работа. «Толстому Третьему» нередко приходилось писать на заказ. Практически под диктовку. Но и в этих условиях случались моменты, когда ему диктовали Небеса. Хотя некоторые недоброжелатели уверяли, что талант у него не от Бога, а от дьявола. Однако, наличие таланта не отрицал никто. Его называли писателем – художником. Не мыслителем или философом, живописцем. Тексты Толстого всегда были потрясающе образны, почти осязаемо вещественны. Часто он «живописал» с натуры. Его родственники, друзья и недруги, коллеги – писатели и поэты шагнули из жизни на страницы произведений. В сестрах – Даше и Кате – узнавали его третью жену Наталью Крандиевскую и ее сестру Дюну, в Бессонове многим виделись черты Блока. Даже «Приключения Буратино» многие литературоведы рассматривали как некую пародию на знаменитых деятелей Серебряного века. Работа была для Толстого ежедневной обязанностью. Он посмеивался над писателями и поэтами, которые могут писать в минуты «вдохновения" . Это - удел дилетантов. Писательство – это профессия. Писатель не должен ждать, когда «вдохновение» снизойдет на него. Он должен уметь управлять «вдохновением», вызывая его, когда ему нужно. С другой стороны писательство было для Толстого ни с чем несравнимым наслаждением. Он всегда писал с размахом, с силой кита, выпускающего фонтан, по меткому выражению Бориса Зайцева. И еще он любил писать счастье и радость бытия. В сущности он был “наслажденцем”, и главная его сила заключалась в плотском обожании жизни. Никто не умел так описать счастье и бездумную радость бытия, как он. Размышления он допускал в свое душевное хозяйство только тогда, когда мысль утверждала силу, радость, удовольствие. Среди русских писателей он был поэтому редкостью. - признавался К. Федин. Он же написал пронзительные прощальные строки о своем товарище: Целая эпоха связана у меня с Алексеем — двадцать лет, наполненных серьезнейшим общением в искусстве, дружбой, приятельством, размолвками, мировыми, охлаждениями и вспышками привязанности. Все это вытекало из его характера — женского, коварно-лукавого, широкого и мелочного одновременно. Все соединенное с его образом неизгладимо, как сама жизнь. Гаргантюа, помещик, грубый реалист и циник, эстет и благородный русский сказочник, осмеятель символистов и сам символистический мастер, труженик, собутыльник— он жил с философией Омара Хайяма и ненавидел в жизни только одно— смерть… Его девиз был: делать все для того, чтобы делать свое искусство. Но для того, чтобы сделаться великим художником, ему недоставало нищеты. Дар его был много выше того, что им сделано. Никто после него не займет его положения, потому что ни у кого нет его жажды занимать положение, в сочетании с великолепными данными для этого. Но Россия пожалеет не раз, что Толстой не поднялся на ту высоту, которую должен был занимать по природе. https://traumlibrary.ru/page/tolstoyan_p.html 71 | Просмотров: 483 |
место для рекламы 2
|
| | Место для рекламы 3 |